Сергей Филимонов: «Наука ли соционика?» Уральская школа соционики
Уральская школа соционики

Сергей Филимонов: «Наука ли соционика?»

Вера Борисова

9 октября 2016 г.

– Вот лично ты где-то даже более психолог, чем соционик. Почему же большинство социоников противопоставляют соционику и психологию?

Сергей Филимонов: – Психология на сегодняшний день признана наукой. Несмотря на то, что она – не точная наука, она занимает свое место, и никто этого не оспаривает.

– Так оспаривают же!

– Если все договорились о том, что существует наука психология, ее изучают, ей обучают, значит, есть такая наука.

Чтобы понять, что такое происходит с психологией и соционикой, посмотрим, как развивалась наука вообще. В учебниках по разным научным дисциплинам история науки представлена как линейное развитие с постепенным накоплением знаний. Как будто тысячи лет сотрудники большой земной лаборатории работали над тем, чтобы получить то, что мы имеем сегодня – науку с ее сегодняшними правилами, методологией, ценностями. Каждый период в истории представляется как ступенька, как будтомы все более точно приближаемся к некой истине.

Был такой человек – Томас Кун. Он написал в середине прошлого века книжку «Структура научных революций», и всех шокировал. Он писал, что наука вообще никогда не была прямолинейной, никогда не шагала к какой-то цели. Это всего лишь романтика историков от науки. А на самом деле там происходит цикличность.

Кун ввел понятие научной парадигмы. Парадигма – это набор убеждений, ценностей и методов, которые разделяются членами некоего научного сообщества. История развития науки строится вокруг смены парадигм. При этом сами по себе парадигмы могут быть общефилософскими (и тогда их разделяет половина человечества), могут быть религиозными (разделяет вся конфессия); они могут касаться каких-то специфических ограниченных областей знаний – парадигма группы астрономов или биологов, или какая-то совершенно узкая область, например, генная инженерия.

– Как определяется, является ли эта парадигма научной?

– Наоборот, науку определяет наличие парадигмы. Если парадигмы в сообществе нет, тогда то, чем оно занимается, нельзя назвать наукой.

Т.е. парадигма в принципе определяет саму возможность существования чего-то как науки. Парадигма является скелетом науки. Но сама по себе парадигма ничего не подтверждает, потому что в ее основе лежит непроверяемая система убеждений.

Важно то, что знание отталкивается от реальности. Другое дело, что оно выдумывает себе парадигму. Для того чтобы сузить, ограничить, указать область своих интересов. Вселенная же огромна, я не могу изучать всю Вселенную, поэтому я придумываю какую-то парадигму, которая касается вот этой области знаний. Но опирается она все равно на наблюдения и эксперименты.

– Она задает рамки, по поводу которых все согласились.

– Да. Такая метафора: ты видишь все вокруг, но при этом не можешь увидеть свой собственный глаз. Этот набор убеждений, он так устроен, что сам себя доказать не может. Но без изначального набора убеждений или установок в принципе невозможно заниматься наукой.

Есть стадия знания, которая по Куну называется «допарадигмальная». Т.е. это такой хаос всевозможных концепций, воззрений. Ни одно из этих воззрений нельзя выкинуть как неверное, оно чему-то соответствует, одному наблюдению, одному эксперименту. И в то же время между этими воззрениями нет никакой связи. Парадигмы еще нет.

Теперь представим себе, что появляется какая-то простая, элегантная, красивая, правдоподобная концепция, которая берется объяснить большую часть имеющихся наблюдений и обещает служить руководящей линией для всех будущих исследований. Как только такую концепцию начинает разделять большая часть авторитетов сообщества, она становится обязательной точкой зрения. А став обязательной точкой зрения и превратившись в доминирующую парадигму, она становится наукой, и именно ее называют наукой на сегодняшний день. Т.е. по сути дела наука – это парадигма, принятая большинством авторитетного сообщества.

Теперь смотри. Все, что известно, туда укладывается, но не хватает каких-то деталей. Т.е. нужно объяснить, что же было раньше, и прогнозировать, что там будет еще. Все исследователи начинают заниматься этой наукой в предположении, что эта парадигма описала истину. Т.е. что мы подошли к описанию истинного положения вещей. Это свойство парадигмы. Это касается и психологии, и соционики.

Как только соционика утвердила (или думает, что утвердила) свою парадигму, она в этот момент считает, что она описала Вселенную. И теперь нужно только провести дополнительные наблюдения и эксперименты. И вот в этом периоде нормальной науки – к соционике это не относится, а к психологии относится, сейчас поясню почему – в этот момент все, чем занимаются исследователи – это «напряженные и всепоглощающие усилия рассовать природу по концептуальным ящикам заготовленных профессиональных образований» (с) Томас Кун.

Я хочу подчеркнуть, что наука – это договорное понятие, касающееся парадигмы, принятой большинством авторитетного сообщества. Когда какое-то знание заявляет о том, что оно имеет парадигму, и эта парадигма действительно объясняет тот объем, на который это знание претендует – раз, и парадигма принимается большинством – два, тогда это знание приобретает право называться обычной нормальной наукой. В нем появляются все элементы нормальной науки – должности, звания, направления исследований, институты.

Дальше возникает следующий момент. Любая парадигма живет по принципу наименьшего сопротивления. Т.е. она не хочет видеть того, что в нее не вписывается.

Пока психология была частью философии, она не была наукой. В тот момент, когда психология перешла к наблюдениям и экспериментам, она превратилась в науку. Так вот соционика парадигмой психологии не принимается.

– Почему?

– По одной простой причине. Дело в том, что соционика претендует на новую парадигму. На конкурентную парадигму. Результаты нормальной науки предопределены, ничего нового там не появляется, только оттачивание инструмента. Ученый просто решает задачи. Т.е. сама по себе нормальная наука не заинтересована в том, чтобы появилась новая парадигма.

– Но должна же она развиваться?

– Нет, парадигма не развивается.

– А наука?

– Да, наука должна развиваться… Так науки нету! Наукой называется деятельность по текущей парадигме.

– Тогда получается, что парадигма должна меняться.

– Парадигма меняться не хочет. Я тебе еще скажу такую вещь. Любая научная система воспитывает и формирует внутри себя две разновидностей членов своего сообщества – «экспертов» и «агентов».

И эти «агенты» «подтачивают» науку, для того чтобы она могла иметь возможность производить ревизию, устраивать их изгнание и тем самым в очередной раз подчеркивать собственную значимость.

Теперь смотри. В какой-то момент наука начинает накапливать аномалии. Какие-то методы перестают работать так, как предсказывает парадигма. В каких-то наблюдениях обнаруживается то, что никак не вмещается в исходную систему убеждений. Проблема, которую хочется решить, никак не решается. И когда эти аномалии накапливаются, возникает так называемый кризис научной теории. Появляются новые альтернативы, безумные идеи, всевозможные конкурирующие предложения.

В какой-то момент наступает полный хаос, примерно такой же, как был до парадигмы. В общем, наука капут.

– Ну почему сразу капут. Они что-то пересматривают…

– Они пытаются пересматривать. Но начинается развал. Конкурирующие школы, проблемы коммуникации. Меняются исходные убеждения парадигмы, взгляды на природу тех или иных вещей, переопределяются понятия.

И после этого раздробленные кучки исходного сообщества не могут прийти к согласию даже в том вопросе, который раньше был очевиден – какой круг проблем относится к науке, какие проблемы считать важными. Вот это конец парадигмы.

В психологии никакого конца парадигмы нет. Психология живет себе и процветает. Она может быть поделенной на сотню, две, три сотни научных направлений, каждое из которых имеет свою устойчивую парадигму. Психология заслужила право называться наукой, потому что в какой-то момент она пошла путем наблюдений и экспериментов.

А те ответвления психологического знания, которые никоим образом не имеют отношения ни к наблюдениям, ни к экспериментам, ни к повторяемости результатов, а это означает, что они не имеют парадигмы, они как раз и не называются наукой. Т.е. если у психологического направления парадигма не сформулирована, то все научное сообщество называет такое направление лженаукой.

– Например?

– Например, графология. Хиромантия. Астрология.

– Я имею в виду психологические направления.

– С лету не скажу, потому что сейчас не осталось ни одного, мне кажется, психологического направления, которое не работало бы с наблюдением и экспериментом.

– Ну скажем графология же работает с наблюдениями. Она же чего-то наблюдает.

– Понимаешь, дело в том, что она чего-то наблюдает. Если у направления отсутствует сформулированная парадигма, то это значит, что там не было экспериментального начала, экспериментальной фазы. Такое направление наукой не считается.

Понятно, что в какой-то момент возникает новая парадигма, начинает конкурировать со старой, они между собой борются, новая решает те вопросы, которые не решает старая, и в итоге происходит смена парадигмы.

В какой-то момент новая парадигма становится опять-таки наукой. А вот после этого историки науки представляют это так, что не было никакого конфликта, что с самого начала та парадигма была предварительным этапом к этой. Нам же не рассказывают, что у Ньютона написано не «сила действия равна силе противодействия», а «на всякое божественное действие существует ответное…

– «…божественное противодействие»?

– …противодействие со стороны дьявола», ага. Большинство ученых физиков были религиозными людьми, и их научные построения крутились вокруг божественного устройства мира. Более того, многие квантовые физики вообще были мистиками, у них были и астральные теории, оккультные. Просто по мере того как развивается наука, естественно, все это вымарывают.

В каждый момент времени наукой называется главенствующая парадигма, которая рождается, живет и умирает. Новая парадигма появляется по принципу «кого-то осенило». Вспышка, интуиция. Почему так происходит, никто не знает. И новая парадигма всегда исправляет кризис.

Вот на этом фоне обращаемся к твоему вопросу. Соционика появилась, по моим сведениям, в 1969 году. Примерно тогда же, когда возникло огромное количество направлений так называемой психологии новой волны.

Что произошло дальше. Существует классическая наука психология, находящаяся в стадии нормальной науки. И вот появляется человек, который говорит – я предлагаю концепцию, которая объясняет все на свете и касается всего чего угодно. На него, естественно, смотрят как на одного из «агентов-подрывников». Которого нужно сначала вытащить на божий свет, причесать-пригладить, а потом раздолбать. Аушру напечатали в нескольких журналах, к ней приехала чуть ли не со всей страны куча всяких журналистов, шумиха такая была… и потом, естественно, ее заткнули. Причем заткнули ее так хорошо, что в итоге соционика ушла в глубочайшее подполье. Практически до 1985 года соционикой занимались «на кухне», такие неафишируемые клубы.

Соционика выбрала для себя область наблюдений: человек. Дальше она должна была сформулировать парадигму. Но в соционике не было парадигмы сформулировано вообще. Соционика не имеет парадигмы.

– Почему?

– Парадигма – это взаимосвязанный набор убеждений и методов…

– Но какие-то убеждения и методы ведь в соционике есть…

– …при помощи которых, проводя определенные экспериментальные наблюдения, мы будем получать определенные результаты.

– Почему тогда не воспользоваться психологической парадигмой? Ведь проводятся эксперименты, у Прокофьевой, например, или у Миронова, и они не придумывают каких-то особых методов, они их берут из психологии.

– Так они занимаются психологическими исследованиями, а не соционическими. Как только они говорят, что занимаются соционическими исследованиями, – должны быть сформулированы методы соционических исследований.

Соционика, появившись и начав развиваться, стала разноситься как эзотерическое, некое тайное знание. Не имея парадигмы. Когда речь идет о формулировании научной парадигмы, возникает группа людей, которые принимают и разделяют эту парадигму. На сегодняшний день нет такого сообщества, которое разделяло бы соционическую парадигму. Потому что это сообщество разделяло бы одну-единственную вещь – слово «соционика». Больше разделять нечего. Потому что дальше с соционикой случилось наложение закона развития науки на то, что наукой еще не стало.

Вот предположим, что соционика имеет свою парадигму. И что она является обычной наукой. Тогда то, что я тебе рассказывал про обычную науку, все это в ней присутствует.

Обычные исследователи, которые не заморачиваются правдивостью парадигмы, а просто изучают признаки, изучают, как действуют люди в тех или иных ситуациях, пишут дипломы, рефераты… Эти люди, которые называют себя социониками, со стороны выглядят как обычные участники научного сообщества социоников.

– Таак…

– В предположении, что соционика существует как наука и у нее существует своя парадигма. Их не волнует, как на самом деле определяется тип, правда ли существуют признаки… Тысячи социоников занимаются наукой соционикой, не зная, что такой науки не существует, потому что у нее нету парадигмы. И они при этом выглядят в точности как нормальные ученые.

– Если это такая умозрительная штука, то в чем разница?

– Что?

– Ну парадигма. Некие рамки, свод правил, в который безоговорочно верят все, кто занимается наукой.

– Почему верят? Он подтверждается экспериментально.

– Ты же сам говорил, что то, что входит в парадигму, уже ничем не подтверждается.

– Нет. Парадигма не может доказать истинности того набора убеждений, на котором она основана. Но сама она, естественно, полностью подтверждает все свои эксперименты.

– Меня изначально интересовало вот что. В той же самой психологии новой волны есть куча всяких…

– …и они – не науки.

– …и они спокойно себя называют направлениями психологии, заимствуют парадигму психологическую, методы и все что угодно и прекрасно себя чувствуют.

– Молодцы, правильно делают.

– Почему тогда соционики этого не делают? Кто мешает?

– Психологию новой волны можно рассматривать как некий филиал психологического знания. В каждом направлении есть какая-то ключевая идея. Для того чтобы ей заниматься, нужно использовать психологическую парадигму, которая берется и просто дополняется новым полем исследования.

– Вот! Новая идея, рассматривается все в свете этой отдельно взятой идеи…

– Да, и прекрасно укладывается в классическую психологическую науку.

– А с соционикой тогда что не так?

– Аушра с самого начала позиционировала соционику как новую науку. Она сказала, что это не психология…

– То есть это Аушра сказала, что это не психология. А парадигмы при этом у нее не было. И не выросло.

– Ну вот я пытался в своей книге показать, что соционика сама по себе является обычным нормальным закономерным течением в психологии. Есть аналитическая психология Юнга, из нее выросла Майерс-Бриггсовская типология, и точно так же – соционическая типология. И если на нее смотреть с психологической парадигмы, то мы получим одно из направлений психологии.

– Вот меня и удивляет, почему эта точка зрения так непопулярна. Да, ты мне объяснил, – потому что Аушра так не считала.

– Аушра позиционировала соционику как новую парадигму, которая должна прийти на смену психологии. На смену старой, закостенелой психологической науке, которая ничего не умеет… так действительно, в Аушрином представлении тех лет – это мертвая, тупая, ничего не умеющая вещь. Советская психология, и еще вековой психоанализ. Соционика по сравнению с этим была – нечто революционное. Аушра видела, и правильно видела в соционике новую революционную парадигму, которая должна была прийти на смену старой психологии. Если бы на тот момент все пошло правильным путем, и соционическая парадигма была бы сформулирована.

– И она бы отличалась от психологической?

– Да, она бы включала в себя психологическую. Потому что любая новая парадигма, отвергая предыдущую, тем не менее объясняет все ее результаты. И мы могли бы на сегодняшний день иметь не психологию, а большую науку под названием соционика. Которая включала бы в себя, допустим, лингвистику, психологию, физиогномику, этнологию какую-нибудь… Могло бы быть вот так.

– Альтернативная история науки!

– Но вся проблема в том, что парадигма была не сформулирована. Соционика стала развиваться, как будто бы она наука. Она стала заниматься исследованиями, выводить какие-то правила, уравнения, признаки, разрабатывать тесты, создавать рабочие коллективы… И на сегодняшний день соционика подходит уже к своему развалу. Она умудрилась пройти кусок пути как нормальная наука, когда было видимое согласие, общий ажиотаж, привлечение народа, общая понятийная база. Она прошла эту фазу и захирела, потому что стали проявляться все противоречия, которые только могли проявиться. Потому что парадигмы не существует, т.е. любое непонятное уже является противоречием. И если вернуться к той цитате, про рассовывание природы по концептуальным ящикам, не напоминает ли это соционику лет 10–15 назад, когда все пытались запихать весь мир в концепцию соционики?

– Так некоторые до сих пор пытаются.

– Ну вот это то, чем занимается нормальная наука. А то, к чему соционика сейчас пришла… «Соционическое знание развивается разными соционическими школами, результатом плохо налаженного взаимодействия между ними являются различные понимания об объекте, предмете и методах соционики. Отсутствие единой терминологической базы и различное понимание одних и тех же определений (аспекты, функции и т. п.) также затрудняет понимание и взаимодействие между различными соционическими школами. Кроме того, одни и те же термины (например,экстраверсия и интроверсия, эго и суперэго) используются в психологии и в соционике в принципиально разных, хотя и коррелирующих значениях, что осложняет взаимопонимание между психологами и социониками.

…В соционике устоявшаяся терминология составляет лишь малую часть. Раздробленность соционических школ фактически привела к появлению множества вариантов названий для одних и тех же понятий, а иногда и конфликтов терминологий» (здесь и далее цитируется статья «Соционика» из википедии (ru.wikipedia.org) – прим. ред.). Нет единой базы. Это к вопросу о том, что соционика (как наука, которой она не стала) доросла до своего развала как науки.

Соционика не стала психологией, потому что она никогда не пыталась считать себя частью психологии. Она всегда претендовала на абсолютно самостоятельную ценность, самостоятельную парадигму. Она себя поставила вопреки психологии, и психология ей этим же и отомстила.

Более того. Соционическая парадигма отсутствует, и именно это дает любому представителю науки право сказать, что соционика – лженаука.

А вот еще кусок из википедии, который объясняет, почему не родилась парадигма. Потому что парадигма должна опираться на наблюдения и экспериментальные подтверждения.

«Хотя соционика занимается типологией личности и межличностных отношений, в психологических журналах опубликовано лишь несколько статей по соционике (авторы: С. Богомаз, А. Ельяшевич, Д. и М. Лытовы, И. Фоменко), а соционика, при отсутствии толковых доказательств и недостатке авторитетных для академических кругов исследователей, как правило, не признаётся областью психологии.

Психология как наука основана на экспериментальной проверке выдвигаемых теорий, а в соционике, как правило, ограничиваются стилем обыденного познания — единичные наблюдения ведут к выдвижению новых утверждений, которые не проверяются объективно и разносторонне, а либо принимаются (отдельными социониками или соционическими школами), либо по каким-то причинам отвергаются (другими социониками и школами). Так, например, математическая модель признаков Рейнина была в целом принята сообществом без проверки верности их психологического смысла».

Создавать математическую модель признаков – это все равно что создавать ее в воздухе. Правильная она, неправильная – не имеет вообще никакого значения без парадигмы.

Утверждение, что соционика – это область знаний, согласно которой все люди делятся на 16 типов обработки, принятия и выдачи информации, основанных на том, что существует четыре базовых психологических функции, которые делятся еще на экстраверсию-интроверсию, и все это ранжируется в психике по позициям модели А, и что вот таким образом люди обмениваются информацией, и это определяет интертипные отношения, – вот это вот не есть парадигма.

– Это моделирование.

– Это не моделирование даже. Это всего-навсего краткая справка о том, что называется словом «соционика». И вот эта краткая справка действительно разделяется всем соционическим сообществом. Все согласятся, что соционика – это оно. Но это не есть парадигма. Потому что никаких экспериментальных проверок выдвигаемых теорий никогда не было.

– Ну да, соционика – теория, возникшая «из воздуха».

– Ну, не из воздуха. Из Юнга. Но она должна была стать на рельсы научного развития, а ее никто туда не поставил. Отдельные попытки экспериментальных исследований, если и проводятся, невалидны. Соционик себя ставит в оппозицию к психологии… он же все 40 лет гордился, что соционика – это новая, революционная парадигма знания о человеке. И не то чтобы ему кто-то мешает проводить эксперименты, он сам не хочет. Он говорит – почему вы мне утверждаете выборки в 1000 человек? Я не психолог, мне этого не надо, мне достаточно взять 10 человек!

«Отдельные попытки экспериментальных исследований не в полной мере соответствуют требованиям внутренней валидности эксперимента, в них можно обнаружить проявления эффектов Барнума (субъективная оценка неконкретного и размытого описания как в целом подходящего) и Розенталя (ожидание личностью реализации пророчества во многом определяют характер её действий и интерпретацию реакций окружающих, что и провоцирует самоосуществление пророчества)». Эффект Барнума – это Милтон-восприятие, когда нет четко заданных критериев, используются многозначные слова, и в итоге ты выберешь то, что захочешь выбрать. А эффект Розенталя вообще лежит в основе любой парадигмы. Не бывает ни одного эксперимента, который бы человек поставил, не зная, что он хочет получить.

«Также в качестве обоснования верности соционических идей выступают личные наблюдения, ссылка на то, что модель хорошо «работает на практике». В науке подобные утверждения принято проверять, однако соционики редко осуществляют экспериментальную проверку гипотез, предпочитая изобретать новые, в результате количество непроверенных гипотез в соционике не уменьшается. Только когда соционическое сообщество сформулирует работающие принципы и подвергнет их всесторонней и независимой экспериментальной проверке, соционика, при условииподтверждения её основных гипотез, сможет претендовать на звание научной дисциплины». То есть когда будет сформулирована соционическая парадигма и предложена ее экспериментальная проверка, только тогда соционика сможет быть названа научной дисциплиной.

Я считаю, что сейчас в соционическом хаосе есть возможность сформулировать парадигму, только ее нужно немножко перевернуть с ног на голову. В основе правильной парадигмы должен лежать тот факт, что 16 типов людей существуют не в виде висящих в воздухе треугольничков, обменивающихся информацией, а в виде реальных психосоматотипов.

– Ну это, так сказать, твое направление…

– Да. Если бы было много денег, людей и свободного времени, я бы сделал соционику настоящей наукой. Типы, которые мы можем наблюдать, ставить над ними эксперименты; которые мы можем видеть, измерять…

– Для этого надо много экспериментов.

– Да! и надо с этого начинать. Потому что в итоге окажется, я в этом глубоко убежден, что если ты произведешь элементарную классификацию человека по биометрическим параметрам, по соматотипу, и потом снимешь оттуда компьютерным путем этнические наслоения, ты получишь 16 типов. Их психика будет сложным сочетанием генотипа, этнической принадлежности, исторического наследия и т.п. И модель типа окажется моделью, позволяющей в той или иной степени приближения описать этот феномен. Т.е. чтобы формулировать парадигму соционическую, нужно идти с другого конца. Нужно взять живого человека, поставив цель найти в нем подтверждение наличия юнговских функций и типов, и вывести оттуда какие-то уже дополнительные свойства, результаты, а если понадобится, построить модели. Аушра сделала наоборот.

Я считаю, имело бы смысл в честь 40-летия соционики попробовать собрать толковых людей, сообщество, с одной-единственной целью – сформулировать соционическую парадигму. Такую, про которую все собравшиеся скажут, что да, я разделяю такой подход к вопросу, я занимаюсь именно этим; у меня есть автономные направления, но они являются частными случаями этой парадигмы.

Лытов писал, что если ситуация с признанием соционики академическими кругами в России не улучшится, то наша соционика окончательно сдохнет на прилавках бульварных лоточков среди всяких разных гороскопчиков и прочего. А потом она придет с запада. Майерс-Бриггс, например – метод работающий, официально признанный психологией, там есть своя парадигма, все четко и понятно, известно, что они определяют, зачем и каким образом. Так будет, если не соберется авторитетное большинство, для того чтобы сформулировать соционическую парадигму, и не начнутся серьезные исследования.

Интервью брала Вера Борисова

Опубликовано в «Журнале НСО» №1/2010.

Ключевые слова: вводная


Для того чтобы добавлять комментарии, вам надо представиться или зарегистрироваться.
© Уральская школа соционики, 2008-2014